Итак, Талибан объявил о формировании нового кабмина. Премьером, судя по сообщениям, стал мулла Ахунд, занимавший пост председателя шуры Талибов, а замом назначили муллу Барадара – основного переговорщика с американцами. Оба, вероятно, подкованы в религиозных науках. Насчет управления государством, уверенности нет. После взятия талибами укрепрайона оппозиции в Панджшерском анклаве победители во второй раз объявили о прекращении войны в Афганистане (первый раз заявление прозвучало сразу после выхода американцев) и, засучив рукава, принялись за государственное строительство.
В правительство в должности министра внутренних дел вошел Сираджуддин Хаккани – лидер группировки «сеть Хаккани» и постоянный участник списка особо опасных террористов ФБР, а мулла Якуб стал министром обороны. Сын того самого муллы Омара, который в свое время отказался выдать Усаму бин Ладена. При этом все вышеперечисленные и их коллеги-министры назначены с приставкой «временно исполняющий». Создается впечатление, что новые политические элиты Афганистана хеджируют риски – а вдруг соседи ближние и дальние нервно среагируют на кого-либо из назначенцев. Тогда и сменить можно временного быстро.
Интересно, что, объявляя о формировании кабинета министров, спикер Талибана Муджахид вообще не упомянул лидера движения Хайбатуллу Ахунзада. То ли слишком сакрален, чтобы упоминать всуе, то ли не все внутри движения шоколадно и идет процесс выбора управленческой модели. Зато несколько раз прозвучало заверение в открытости всем, включая американцев. Мол, мы зла не держим, разморозьте активы, пожалуйста. И еще одна мысль, прозвучавшая как политическое заявление, – мы, Талибан, не племенное движение, поэтому готовы любить всех наших соотечественников. Учитывая то, что движение, на самом деле, пуштунское, можно предположить, что здесь мы услышали призыв к непуштунам не впадать в партизанщину.
Что дальше, пока непонятно. Обещаний и уверений талибы озвучили множество, не скупясь на саморекламу. Правда, студенток уже обязали посещать университет в никабах, а преподавателей ограничили по гендерному признаку (студенткам могут преподавать только женщины), сделав исключение для пожилых профессоров-мужчин с незапятнанной репутацией. Не совсем ясно, где найдут необходимое количество; но уже понятно, что все остальные обещания исполнять будут творчески.
За последние полтора десятилетия практически все новые исламистские проекты на Ближнем Востоке провалились. Не приживается идея. Думается, что и в Афганистане, стране с гордыми и независимыми жителями, такой эксперимент не продержится долго.
Комментарии
Добавить комментарий