Q: В Афганистане представители движения «Талибан» (Запрещено в РФ) захватили власть, не встретив особого сопротивления со стороны правительственных войск, которые годами обучали и финансировали США и их союзники. Значит ли вся эта ситуация, что Вашингтон потерпел поражение и система либеральный демократий снова оказалась вовсе не универсальной и оптимальной для разных политических культур?
А: Это точно поражение в СМИ для Байдена, даже левые телеканалы (CNN, MSNBC) и газеты (New York Times) бросились критиковать его. Но кроме PR-провала, пока непонятно, о каком поражении еще идет речь? Вашингтон уже давно, со времен Обамы, собирался уйти. Интересно, почему уход войск до такой степени опасен и хаотичен? Может, стратеги хотели, чтобы талибы, захватив всю страну, опередили ИГИЛ и «Аль-Каиду»? Может, военщина хотела хаоса как повод заново ввести войска? Или, вполне может быть, это просто ужасно плохо продуманный план. Байден практически «спит за рулем», и все именно так, как оно выглядит.
В любом случае я не думаю, что происходящее в Афганистане нам говорит что-нибудь об универсальности либеральной демократии. Мы можем долго рассуждать о том, какие цели поставили себе США, но устроить либеральную демократию – вряд ли. Нанимали вождей для правления провинции, американские солдаты проводили большинство времени на базах. Даже непонятно, какую инфраструктуру строили. А в ближайшие годы или раньше мы увидим. То ли будет печальный повтор, то ли, кто его знает, может в Афганистане произойдет что-то интересное, дающее надежду. Может быть, для американской элиты, самопровозглашенных строителей нового мира, поражение – это если афганцам самим удастся сделать то, что американские политики и Пентагон якобы старались сделать, а именно – создать более-менее мирное, благополучное государство.
Якобы Джо Байден удивился, якобы они не знали. Якобы их проверяли. Якобы все делалось чтобы «Аль-Каида» не пришла к власти. Однако меня настораживает пример муллы Абдул Гани Барадара. Он семь лет провёл в пакистанской тюрьме за терроризм. Во время Трампа был издан указ об его освобождении, затем он вел переговоры. Как человек, семь лет просидевший в тюрьме, вошёл в руководство и сформировал делегацию? Он же был под наблюдением ЦРУ. Халилзад от имени трех президентов США (Буша, Обамы и Трампа) вел переговоры и был советником.
Q: Когда талибы в первый раз пришли к власти и правили с 1996 по 2001, международное сообщество негативно восприняло их. Но с тех пор прошло все-таки двадцать лет. И талибы говорят, что они изменились, стали современными, цивилизованными, готовыми соблюдать права человека. Так ли это?
А: Сложно ответить. Только время покажет. Полгода назад напали на Кабульский университет, убивали студентов, правда, ответственность на себя взял «ДАИШ» (ИГИЛ-запрещенный в РФ). Но многие утверждали, что это акты смертников-талибов. С их стороны произошли нападения на другие города. Эти жестокости были всего три месяца назад. Изменения в лучшую сторону стали происходить месяц назад, когда талибы убедились, что американцы уходят. Но все равно глава военной власти талибов объявил, что все будет по закону шариата. О другом речи не идет. Роль женщин в обществе и в управлении будут решать улемы. Женщины смогут работать только при соблюдении шариата. С их стороны прозвучало заявление, что наши боевики не обучены тому, как обращаться с женщинами. И они попросили женщин не выходить на работу и посидеть две недели дома. Им необходимо подготовить протоколы. Главный мулла боится появиться в Кабуле. 3 млн. образованных девушек (с высшим образованием) должны сидеть дома. Якобы безопасно.
Кто сегодняшние талибы? Они воевали и жили в горах и многие из них необразованны. Многие газеты переводят само слово «талиб» и называют их студентами. Они не студенты. Их максимальное образование, – это мактаб, то есть начальная школа. Вопрос, а будет ли между ними единство? Среди талибана военные могут перестать выполнять приказы верхушки.
Q: Что значит приход талибов ко власти в Афганистане для Ирана? Создаст ли это новый очаг нестабильности для Тегерана или же власти Исламской республики готовы к взаимодействию с новыми хозяевами Афганистана?
A: Исторически Афганистан входил в ареал иранского культурного влияния. У этих стран глубокие связи и на языке дари разговаривает чуть ли не половина населения. Это фактически диалект персидского языка. Однако Иран и талибан – ответ неоднозначный. Необходимо разделить отношение государства и народа. Позиции народа и государства неоднозначны. Не стоит забывать, что Иран – это шиитское государство. Они никак не могут сегодня поддерживать талибан. Вспомним атаки на хазарейцев. Иранцев это не может не беспокоить. У КСИРа были идеи защищать сына Ахмад Шаха Масуда – «Панджшерского Льва», но они пришли к мнению, что Иран не должен вмешиваться.
Стоит сказать о наркотрафике. Опиум – один из главных доходов Афганистана и какая-то часть транзитного пути проходит через Иран. На мой взгляд, сейчас ни у кого нет полного доверия. ООН дает деньги Исламской Республике Иран для борьбы с наркотиками. Знаете, как дешево стоят наркотики в Систане и Белуджистане? Они стоят копейки. Дешевле, чем купить пачку американских сигарет. Если талибаны и уничтожат плантации, то, думаю, не все. Многие смотрят на все это с сомнением. На Иран приходится больше всего афганских мигрантов в мире, которых в стране уже сейчас по официальным оценкам 2,5–3 млн человек.
Границу Ирана переходят ежедневно около двух тысяч афганских беженцев. Статус беженцев в Иране получило и огромное количество афганских военных. Их пока не просят выдать. Удивительно, с каким пониманием относится к афганцам иранский народ. Люди же, поддерживающие талибан, объясняют свое решение тем, что они уже захватили Афганистан и надо договариваться с ними. Другие не считают это необходимым. Более того, в Иране был показан ролик, как насильно девятнадцатилетних девушек выдают замуж. Мулла Моджахед опроверг это, но поверили ему не все. Однако это только моя точка зрения.
Сейчас ситуация в Афганистане и Иране рассматривается с позиции «кто выиграл, а кто проиграл». Так, в данной ситуации проигравшими иранцы видят исключительно американцев и НАТО. Выиграл же, по мнению иранских официальных СМИ, народ Афганистана, который получил возможность создать инклюзивное правительство.
Хотя, как уже было сказано, по отношению к самому движению «Талибан» Тегеран скорее занимает выжидательную позицию. С одной стороны, необходимо понять устойчивость режима, а с другой – отрефлексировать политику, которую будет вести Кабул. Отдельный вопрос, волнующий Иран, – это безопасность. Иран, как и все соседние страны, заинтересован в мире и стабильности. Одним из шагов в этом направлении является консультации с посланником генерального секретаря ООН по Афганистану Жаном Арно, а также заявления Ирана о готовности содействовать межафганским переговорам.
Исходя из заявлений официального представителя МИД ИРИ, можно сказать, что Тегеран будет приветствовать установление инклюзивного правительства с конституцией, гарантирующей защиту прав человека. Ещё 22 июля 2021 г. Хатибзаде заявил, что «мы призываем к прекращению насилия и переговорам с участием всех народностей и меньшинств страны для мирного Афганистана. Это остаётся позицией Исламской Республики Иран, и мы серьёзно и детально отслеживаем этот вопрос, поскольку национальная безопасность Афганистана – это часть национальной безопасности Ирана. Ранее, 28 июня 2021 г., выступая на еженедельной пресс-конференции, официальный представитель МИД, говоря о позиции Ирана по отношению к Талибану, сказал, что Талибан – это не весь Афганистан и не станет всем Афганистаном, и важно, чтобы инклюзивное правительств включало все афганские группы. Было заявлено, что МИД ИРИ окажет помощь межафганским переговорам, в том числе Талибану.
Ещё с прошлого года, когда официальные лица Ирана встречались с представителями Талибана, стало понятно, что политика Ирана в отношении этой группы – «принятие». Принятие Талибана в качестве неотъемлемой части Афганистана. Уже год назад иранские СМИ стали менять образ Талибана в сознании иранцев, говоря, что сегодня это уже не тот Талибан, что был раньше.
Член комиссии по вопросам национальной безопасности и внешней политики Ирана назвал политику Исламской Республики Иран в отношении Афганистана реалистичной, проводимой в соответствии с афганскими реалиями и национальными интересами. По его словам, Иран взаимодействует с Талибаном с целью обеспечения мира в соседней стране и не играет никакой роли в установлении господства Талибана в регионах. Таким образом, Иран признаёт Талибан в качестве неотъемлемой части Афганистана и для обеспечения своих национальных интересов будет готов, при условии сохранения режима, способствовать поддержанию национальной безопасности в соседней стране.
Q: Смогут ли талибы привнести мир и стабильность на афганскую землю или же ситуация в стране усугубится?
A: Все может быть. Пока трудно сказать и пока в это не верится. Во-первых, ни одно правительство в Афганистане не продержалось долго. Здесь много «если»: если не возникнут внутри самих талибов очаги сопротивления, если Ахмад Масуд готов договариваться. Многое зависит и от окружения в Панджшере. Необходимо, чтобы все силы участвовали во власти. Мне кажется, что первые два-три года они будут стараться как ради международного сообщества, так и ради внутренней стабильности и поддержки. Это будет государство, существующие по законам шариата. Безусловно, будут требовать носить хиджабы. Я думаю, что они уменьшат производство наркотиков. Но только уменьшат, а производство все-таки останется.
Что нужно талибам и вообще всем афганцам? Деньги. Страна бедная и полуразрушенная. В прошлый четверг бывший президент Трамп со свойственной ему прямотой точно охарактеризовал ситуацию в интервью телеканала Fox News: «Афганская армия получала много денег от США … они воевали (против талибов), потому что им платили кучу денег. И как только эти деньги перестали поступать, как только клапан был перекрыт, они перестали воевать». И талибы, и все афганцы заинтересованы, чтобы через них прошел газопровод, чтобы через них прошел туркменский газ и нефть. Еще раз повторю, что по разным источникам полезных ископаемых в афганской земле на триллиард долларов. Мы все знаем, что инвестиции любят спокойствие. США свое военное присутствие уменьшают, но оно продолжит расти другим путем – финансовым.
Комментарии
Добавить комментарий